Внутренняя политика горбачева
![Внутренняя политика горбачева](https://chevymetal.ru/wp-content/themes/mh-magazine-lite/images/sefal.jpg)
В фильме, снятом в том году по случаю его летия «Президент СССР: первый и последний» Горбачев жаловался, что на его телефонные звонки в Кремль не отвечают. Их планы и действия шли гораздо дальше идеи укрепления административно-командной экономики. Учим английский Наша американская история А как в Америке? Они критиковали перестройщиков сначала за медлительность преобразований, за что и получили название «авангардистов». Горбачёв дал своему народу свободу и пострадал от сокрушительного личного поражения.
А с другой — дискуссия столь же схоластическая, ибо еще знаменитый английский историк и писатель ХIX века Томас Карлейль, говоря о значении героев и героического в драмах минувших веков, указывал: «Весь героизм великих людей заключается «всего лишь» в том, что они, ценой немыслимых усилий, раздвигают пределы и рамки возможного в истории. До них всеми признавалось, что выйти из этих рамок есть безумие, абсурд, ненормальность — они делами своими доказали реальность абсурда.
![Михаил Горбачев – лидер, порвавший с советским прошлым](https://lebed.com/wp-content/uploads/2017/01/wpid-vnutrennaa-politika-gorbaceva.jpg)
Потому потомки и признали их героями». И в словах Карлейля трудно что-либо поправить, они стали «общим местом» для историков, что и делает споры с этой концепцией схоластическими. Это — в общем виде. А теперь перейдем к конкретике. Ровно 25 лет назад, 11 марта года, генеральным секретарем ЦК КПСС на Пленуме ЦК вместо умершего накануне летнего Константина Черненко, престарелого, больного, хитрого и бесцветного брежневского «динозавра», был избрал Михаил Горбачев, фактический второй на тот момент секретарь ЦК, самый молодой из членов Политбюро 54 года , тем не менее — очень опытный функционер, прошедший за 30 лет работы в комсомольском и партийном аппарате все ступени номенклатурной иерархии от комсомольского райкомовского секретаря до «партийного наместника» Ставрополья и секретаря ЦК по сельскому хозяйству.
Мировая пресса после явления нового «царя» избранного, подчеркнем, не народом, а десятком «старцев» из Политбюро — некая трагикомическая пародия на коллегию кардиналов, избирающую Папу Римского! Двадцать пять лет — в параметрах истории это срок для смены целого поколения. И уже ясно: эпоха — годов для людей, живших и живущих на советском и постсоветском пространстве — это эпоха не просто глубоких реформ, но и цивилизационной революции революции всеохватывающей — и в системе власти, и в отношениях собственности, и в социальной структуре общества, и в духовной жизни.
Это реальная революция, а не мнимо революционная пиар-акция, по самой сути своей она ее можно именовать «системой непопулярных реформ», можно компрометировать в общественном сознании, «забалтывать», можно превращать в уродливую мафиозно-олигархическую пародию есть не что иное, как смена не только общественного строя, но и типа цивилизации от тоталитарного закрытого государства до постиндустриального общества, основанного на «экономике знаний» ХХI века.
Михаил Сергеевич Горбачев, при всех ошибках его как политика, шатаниях, непоследовательности и лукавстве, дал этой цивилизационной революции первый, жизненно необходимый, решающий и необратимый толчок. В этом его великая заслуга перед мировой историей — вопреки всем хамски пренебрежительным его «разоблачениям», которые одно время стали чуть ли не признаком хорошего тона у определенного рода политиков, журналистов и писателей обвинения в «разрушении великой страны» и «предательстве социализма», раздающиеся в его адрес из импер-коммунистического лагеря «бешеных», по всей справедливости могут быть поставлены в заслугу Горбачеву, хоть товарищ Сталин на том свете, без сомнения, давно включил его в «черный список»!
Чтобы яснее представить себе, какое же именно государство «принял» седьмой и последний лидер СССР 11 марта года, какую Систему он начал демонтировать — вначале «методом проб и ошибок», затем все более систематически и планово именно демонтировать систему, подавившую к тому времени протесты диссидентов; немыслимо было, например, взорвать ее — можно было только демонтировать, причем «запустить» этот процесс мог только хозяин Кремля — под прикрытием лозунгов про «совершенствование» и «гуманизацию» строя; Горбачев стал действовать именно так!
Экономика: в тисках плановокомандной системы; за малейшей мелочью необходимо было обращаться в имперский центр — в Москву. Рынок «выжжен» и задушен. Около млн. Почти половина улиц и проездов в целом по Союзу не имели вообще твердого покрытия; более ! Государство с ветхой, изношенной экономикой, способное, однако, делать ракеты, держащие в страхе весь мир Внешняя политика. Человечество на грани ядерной катастрофы «светопреставления», как назвал это знаменитый писатель Чингиз Айтматов и экологической катастрофы.
В июне года маршал Сергей Ахромеев далеко еще не самый консервативный среди советских военачальников читает закрытую лекцию для сотрудников аппарата ЦК КПСС и возмущается, что «не все еще в республиках, в обкомах, во всех гражданских подразделениях делают все необходимое по превращению страны в военный лагерь». Лекция называлась «О характере современной войны»; маршал начал ее словами: «Я хотел бы четко изложить международную обстановку и нашу военную доктрину, а также то, как готовятся к войне американцы» Шла преступная война в Афганистане, стоившая жизни сотням тысяч, миллионам афганцев и по официальным данным 13 тысячам солдат Империи, из них значительной части украинцев.
Вся внешняя политика была пропитана «отравлена» идеологическим подходом. В целом речь шла тогда о возможности самого существования людей на планете Земля — и роль Горбачева, пошедшего на весьма решительные шаги в деле ядерного разоружения, огромна.
Были подписаны первые в истории договоренности о реальном сокращении и уничтожении ядерных вооружений. В мирных условиях произошли объединение Германии, революции в странах Центральной и Восточной Европы. Советские войска ушли из Афганистана. Региональные конфликты в Африке, Центральной Америке, Юго-Восточной Азии перестали быть объектом глобальной конфронтации, что позволило найти пути их урегулирования.
Принципиальное значение имела единая позиция, занятая ведущими державами, включая СССР, в отношении агрессии режима Саддама Хусейна против Кувейта. Взаимодействие в преодолении этого кризиса открыло перспективы сотрудничества в ближневосточном урегулировании. Были нормализованы советско-китайские отношения, что положило конец конфликту, на протяжении десятилетий отравлявшему отношения между великими народами. Уже этот, далеко не полный перечень достижений перестройки полностью опровергает распространенное мнение о том, что советская система не поддавалась реформированию и потому, дескать, реформаторы не могли достигнуть своих конечных целей.
На наш взгляд, подобное мнение во многом субъективно. Во-первых, очевидно, что в ходе перестройки были осуществлены многие ее цели.
Во-вторых, не следует забывать, что перестройка была искусственно прервана роспуском Советского Союза, который инициировали сепаратистски настроенные руководители трех союзных республик, отказавшиеся подписать новый Союзный договор, подготовленный ими же вместе с Горбачевым.
Ура-патриоты и неосталинисты рьяно доказывают, что Советский Союз развалили Горбачев и его перестройка. Таким образом отвлекается внимание от подлинных виновников развала державы в лице «беловежских сидельцев» Ельцина, Кравчука и Шушкевича. На самом деле, реформируя Союз, Горбачев хотел одного: превратить его в подлинную, действенную федерацию, органически сочетающую сильный центр и независимые самостоятельные республики. Не секрет, что Советский Союз был построен на порочной сталинской идее автономизации, полностью подчиняющей национальные республики центру.
Перестройка хотела покончить с такой национальной политикой. Конечно, на счету прежнего Союза были не только потери, но и весомые достижения. Как ни парадоксально, в формулировке партийных форумов: «национальный вопрос, доставшийся от прошлого, в СССР решен» - была доля истины. Исторической заслугой СССР явилось приобщение многих народов к достижениям мировой цивилизации, выравнивание уровней их развития.
В то же время, вопреки принципам федерализма, республики полностью находились под властью центра. Были допущены и другие серьезные просчеты и ошибки в проведении национальной политики, болезненно сказывались последствия жестоких сталинских репрессий против целых народов.
Из этих отравленных семян реальных и мнимых притеснений и обид взросли со временем гроздья гнева и ненависти. Судьбоносным вызовом стала новая реальность — становление вызревших в лоне Советского Союза благодаря политике федерального центра национальных протогосударств — союзных республик с амбициозными местными элитами.
Произошло смешение национальной и федеративной проблематики. Развязать этот тугой узел проблем, амбиций и противоречий можно было только путем решительной модернизации советского федерализма, придания ему современного облика. Перестройка, безусловно, стимулировала рост национального самосознания в республиках.
Однако реформаторы и интеллектуальная элита Советского Союза оказались неподготовленными к столь явным проявлениям националистических предрассудков, раскола, вражды. Власть реформаторов не сумела остановить разрушительную деятельность сепаратистов. На фоне подъема национальных движений в союзных республиках их элиты стали энергично добиваться перераспределения экономических ресурсов в свою пользу.
Постоянно возникали конфликты республиканских властей с союзным центром из-за контроля над собственностью. Единая система управления народнохозяйственным комплексом постепенно разрушалась. Разрывались производственные связи между предприятиями. В году в Советском Союзе начался, поначалу небольшой, спад производства. Реформа цен февраль г. Необходимо было подвести новый фундамент под государственное устройство СССР.
Высшее политическое руководство СССР осознавало это. Однако оно, видимо, переоценило запас прочности советского строя и, главное, недооценило масштаб своекорыстия и амбиций национальных элит.
Как известно, российский народный анархизм всегда - оборотная сторона модели народного же государственничества. Бунтарский, антигосударственный пафос преднамеренно подогревался некоторыми элитными группировками. Использовать разбушевавшуюся народную стихию для обретения политической власти — такова была их цель. Ради нее они не останавливались даже перед разрушением собственной страны. Как говорится, готовы были поджечь общий дом, чтобы погреть руки у костра.
Под прикрытием вполне законного требования - более полного удовлетворения потребностей населения России - оно фактически торпедировало все проекты Союзного договора. Объективно оно вело дело к разрушению единой страны. Распад нашей великой общей Родины принес ее народам неисчислимую боль, страдания и лишения. Насколько это компенсируется созданием собственной государственности в республиках? Не лучше ли было сохранить в том или ином виде интегрированные формы общежития на постсоветском пространстве?
![Горбачёв М.С. () Внутренняя политика. Цели, особенности, итоги.](https://image.slidesharecdn.com/fandocs-com1-130223234000-phpapp01/85/-4-320.jpg?cb=1671682964)
Превратить полицивилизационную, полиэтническую и поликультурную общность Советского Союза в современную демократию? Сегодня, оглядываясь назад, есть основания утверждать, что единство страны или, по крайней мере, основной ее части можно было сохранить - на путях глубокого обновления советской федерации. Движение в этом направлении вышло на финишную прямую летом года. Тогда был подготовлен к подписанию согласованный с большинством советских республик проект нового Союзного договора.
Но план реформирования советской федерации был трагически сорван антигосударственным путчем так называемого ГКЧП, организаторами которого явились представители высшего круга номенклатуры. Создавшейся ситуацией воспользовались Ельцин и его сторонники.
В последнее время нередко можно услышать, что Советский Союз вообще нельзя было сохранить, что его распад был обусловлен объективными причинами. Такая точка зрения - следствие сугубо объективистского, механического подхода к истории с ее якобы «железными» законами и правилами.
По сути дела, она преследует своей целью обелить подлинных инициаторов развала Союза. Противники Горбачева в руководстве России, Украины и Белоруссии вопреки общесоюзному референдуму поставили перед собой сугубо эгоистическую цель: свергнуть Горбачева, пусть даже ценой роспуска Союза. Это они и сделали в Беловежской пуще. Таким образом, метя в Горбачева, они попали в Союз. Упразднение Союза стало трагедией для миллионов людей, вдруг оказавшихся не по своей вине за границей.
Спустя два десятилетия легко рассуждать о том, что в ходе перестройки было сделано не так, в чем ошибались, а где роковым образом сошлись негативные обстоятельства. Но в то время мы, советские люди - от рядовых граждан до руководителей - многого не знали и многого не понимали.
На начальном этапе перестройки остро ощущалось противоречие между необходимостью преобразований, политической волей к ним, с одной стороны, и идеологическими ограничениями, плотно вошедшими в сознание людей, с другой.
Страна находилась в мировоззренческом коридоре, очерченном ее предшествующим развитием. Чтобы выйти за его рамки, приходилось действовать методом проб и ошибок, полагаться на здравый смысл и интуицию. Но цели перестройки оставались неизменными: создать свободное, демократическое, справедливое и гуманное общество. Вместе с тем первоначальная концепция постоянно видоизменялась и развивалась.
В конечном счете, реформаторское руководство СССР вышло на социал-демократическую модель обновления страны. Имелось в виду органическое сочетание ценностей социализма и демократии, социально ориентированная экономика, ответственное государство. Нельзя забывать, что такие понятия, как рынок, частная собственность, политический плюрализм, свобода слова, приоритет общечеловеческих ценностей, еще долгое время многими воспринимались с подозрением и недоверием.
Лишь к году они вошли в массовый оборот и приобрели позитивную окраску. Но к тому времени возможность реализации социально-экономической стратегии союзного центра была существенно ограничена «суверенизацией» республик, в первую очередь РСФСР. Во все исторические времена существовала вера в чудодейственное и немедленное улучшение жизни. Однако на деле повседневная жизнь основной массы населения в условиях реформ, как правило, ухудшалась.
В годы перестройки для создания социально-политической стабильности в обществе достаточно было заполнить потребительский рынок товарами и услугами. Как показывает опыт других стран «соцсодружества», оживление сектора услуг, легкой промышленности, сельского хозяйства создавали амортизационную «подушку», смягчавшую неизбежные потери, трудности и лишения, связанные с демонтажем государственного социализма. Однако доминирование в советской экономике гигантского военно-промышленного комплекса при слабости сектора услуг и застойном сельском хозяйстве существенно снижало возможности плавной либерализации хозяйственной жизни, быстрой структурной перестройки экономики.
Добиться того же эффекта за счет массового импорта товаров не позволило обвальное падение мировых цен на энергоносители, основную статью советского экспорта. К этому, разумеется, надо добавить упорное сопротивление номенклатуры, нередко игравшей на обострение кризиса, чтобы заставить общество отвернуться от реформаторов. В результате формирующееся общество массового потребления оказалось обделено ширпотребом, что крайне накаляло социально-политическую обстановку в стране.
Этот драматический парадокс перестройки был следствием исторически сложившихся особенностей советского общества. Оглядываясь назад, более отчетливо видишь фундаментальные причины, затруднявшие реформирование советского общества. Неимоверно трудно проводить демократические преобразования в огромной стране, большая часть территории которой находится в суровых и неблагоприятных природно-климатических условиях, а многочисленные народы принадлежат к различным историческим, этнокультурным и цивилизационным традициям.
В процессе демократизации быстро оживали и набирали силу разноплановые конфликты и противоречия, накопившиеся за долгую совместную жизнь. Они умело использовались рвавшимися на авансцену беззастенчивыми идеологами и политиками. На экономической политике негативно сказалось общее ослабление государственных институтов — результат нараставшего противостояния между реформаторским руководством страны и его политическими оппонентами в лице как партийных консерваторов, так и радикальных демократов.
Прогрессирующее ослабление систем контроля, правопорядка разжигало стремление значительных слоев номенклатуры к фактическому захвату государственной собственности. Отрицательную роль в судьбе перестройки и страны сыграли устойчивые, уходящие корнями в глубь веков массовые социокультурные стереотипы. Сюда же можно отнести особенности мировоззрения некоторых элитных групп позднего советского общества.
Добровольное и сознательное ослабление жесткого государственного контроля над обществом стало восприниматься не как приглашение со стороны власти к диалогу и сотрудничеству, а как слабость власти, провоцирующая нападки на государство. Свою роль сыграло и фатальное стечение обстоятельств: Чернобыльская катастрофа, землетрясение в Армении, резкое падение мировых цен на энергоносители — все эти бедствия существенно сузили экономические возможности страны и подорвали воспрянувший было социальный оптимизм населения.
Было бы неверно и нечестно объяснять драматический финал перестройки исключительно объективными факторами и традиционным российским наследием. Немалую роль сыграли ошибки и просчёты перестроечного руководства, действовавшего в условиях жестокого цейтнота и быстро оказавшегося под перекрестным огнем со стороны националистов, консерваторов и радикалов, выступавших единым фронтом в стремлении свалить центральную власть.
До сих пор среди специалистов нет единого мнения о том, были ли реформаторским руководством Советского Союза допущены в ходе перестройки роковые просчеты, которых можно было избежать, или же у М. Горбачева и его соратников в сложнейших условиях х — начала х годов катастрофически сужалось пространство выбора, практически не оставляя альтернатив и возможностей для манёвра. По-видимому, возможности выбора в рамках проводившихся преобразований все же были, и сделанные ошибки серьезно усугубили ситуацию.
Условно эти возможности и ошибки можно разделить на институциональные и административные. К первой группе следует отнести неудачу реформаторского руководства СССР и КПСС с созданием собственной политической структуры и устойчивой массовой базы.
Хорошо известно, что СССР был «партийным государством», где политико-идеологическая инстанция в лице КПСС и государственные институты были неразрывно переплетены и взаимосвязаны, так что ослабление партии автоматически влекло за собой прогрессирующий паралич государства.
Трудно отрицать: несмотря на свою явную недемократичность, этот специфический способ организации власти сыграл немалую роль в модернизации СССР. Партия-государство оказалась довольно эффективным субъектом мобилизационного, ускоренного развития, хотя за это пришлось заплатить огромную цену народных лишений и страданий.
А в относительно спокойной обстановке этот полувоенный механизм начал буксовать. Постепенно он превращался в тормоз развития Советского Союза. В условиях научно-технической революции и вступления мира в постиндустриальную стадию номенклатурный принцип занятия должностей не выдерживал конкуренции с принципом профессиональной компетентности и эффективности. Усложнявшаяся социально-экономическая система не поддавалась, как прежде, директивному планированию.
Партия, оказавшаяся в СССР единственным каналом социальной мобильности, критически важным условием социального успеха и поэтому втягивавшая в свои ряды людей самых разных политических взглядов и идеологических убеждений, только внешне выглядела несокрушимым монолитом. На деле это был конгломерат различных политико-идеологических групп: от жестких сталинистов до скрывавших свои взгляды антикоммунистов.
Трагическое противоречие состояло в том, что с «государством КПСС» — наследием уходящей и изживавшейся нами исторической эпохи - мы не могли двигаться вперед, не могли развиваться, но и отринуть его означало подвергнуть страну и общество риску дестабилизации из-за кризиса управляемости и сопротивления консервативной и «бешеной» реакционной частей партийного аппарата. Возможным разрешением этого сущностного противоречия мог бы стать инициированный партийным руководством раскол КПСС и организационное оформление на ее базе партии социал-демократического типа.
В случае раскола основная часть членов партии вне зависимости от их политических взглядов и ключевые ресурсы мощной организации ушли бы вместе с руководством.
Прочно укоренившаяся в советской компартии традиция, когда массы следуют за вождями, сыграла бы здесь решающую роль. На июльском г. Однако августовский путч похоронил ее, равно как и новый Союзный договор. Сохранение сильного консервативного течения в верхах компартии вело к тому, что политическое руководство страны нередко запаздывало с принятием назревших социально-экономических и политических решений.
Согласно распространенной точке зрения, если бы М. Горбачев избрался всеобщим народным голосованием в его победе тогда мало кто сомневался , то в решающие моменты г. К нереализованным возможностям административного характера следует отнести недостаточное внимание к строгому соблюдению законности в рамках политического процесса, необходимой для сохранения общественной стабильности. Последствия этого недостатка проявились в ходе многочисленных этнических конфликтов, начиная с резни в Сумгаите в году.
Не были приняты все необходимые меры по преследованию и наказанию инициаторов погромов, расформированию незаконных военизированных групп. Высокоморальная позиция Горбачева, считавшего абсолютно недопустимым кровопролитие в процессе реформирования страны, была воспринята как проявление слабости центральной власти, не применившей вовремя силу в рамках закона.
Столь же серьезные последствия имело ослабление контроля государства за соблюдением законов. Авантюристическое крыло демократического движения внедряло в общественное сознание тезис о том, что государство в России и Советском Союзе - по определению враг демократического прогресса. В результате сложилась ситуация, когда нарушение законов становилось нормой, а реальное влияние в экономике стали прибирать к рукам мафиозные группировки, заинтересованные не в создании нормальной рыночной экономики, а в криминальном разделе государственной собственности.
Наконец, об историческом значении перестройки. Важным ее итогом стало преодоление международной изоляции, которая фактически на протяжении всего советского периода характеризовала отношения нашей страны и большей части мира, тяжелым бременем давя на экономику и создавая психологическую напряженность в жизни буквально каждого человека.
В то же время для международных отношений открылись новые перспективы, возникли предпосылки для создания нового, демократического международного порядка, основанного на принципах международного права, солидарности и сотрудничества в решении проблем всего человечества.
Если отбросить словесную шелуху и идеологические нагромождения, то перестройка была одновременно как стихийным, неосознанным, так и сознательным, целенаправленным движением в направлении синтеза позитивных черт — социализма и капитализма. От социализма она должна была позаимствовать социальную справедливость и разветвленную систему социальной защиты, дополненные гуманистическим пафосом, от капитализма - возможности организации эффективной экономики и политической демократии.
Не столь важно, как назывался бы этот синтез, главное, что эта попытка грандиозного социального творчества стремилась преодолеть «проклятое» противоречие между эффективностью и справедливостью, что она была призвана показать неисчерпаемость человеческой истории, вывести человечество как вид на качественно новый уровень реализации своего потенциала. Делая общий вывод, можно сказать, что в ходе перестройки удалось качественно изменить существующее советское общество, придать ему новое, демократическое измерение.
Аганбегян, П. Бунич и др.
![Горбачев о перестройке: Были у нас ошибки, это надо признать - Российская газета](https://cf2.ppt-online.org/files2/slide/b/BNj1gJzrZ3EehDs4qSvQKia8C2VWR6HoLw5bAY0pFn/slide-7.jpg)
Предусматривалось: расширение самостоятельности предприятий на принципах хозрасчёта и самофинансирования, постепенное возрождение частного сектора , отказ от монополии внешней торговли, интеграция в мировой рынок, сокращение министерств и ведомств , упорядочение их деятельности, развитие арендных отношений на селе. Июнь г. Лето г. Шаталин, Г. Программа предусматривала: приватизацию государственной собственности, свободное рыночное ценообразование, ограничение экономических полномочий центра.
Но союзное руководство отказалось от реализации программы. Октябрь г. Правительство РСФСР заявило о готовности приступить к реализации программы « дней» в одностороннем порядке.
Мероприятия в политической сфере. Апрель 5г. Июнь — июль г. Март г. ИТОГИ: активизация общественного мнения, начало демократизации общественной жизни, подрыв авторитета правящего режима, возникновение партий и движений, альтернативных КПСС. Межнациональные конфликты. Перво е серьёзное столкновение на национальной почве произошло в Казахстане , в Кунаева был поставлен русский Г. Итог - армянские погромы в Сумгаите, в Баку.
Начался серьёзный конфликт между Азербайджаном и Арменией. Горбачёв нерешительно, но поддержал Азербайджан.